Цель преступления ук рф

Рубрики Статьи

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ (лат. morus — движение; греч. moveo — то, что движет) — это осознанное внутреннее побуждение, которое вызывает у человека решимость совершить преступление и которым он затем руководствуется при его осуществлении. Значение мотива преступления таково, что его образно сравнивают с «сердцем и клеткой» состава преступления. Мотив — субъективный источник деяния, его внутренняя движущая сила. Значение мотива преступления определяется, во-первых, тем, что он объясняет, почему совершено преступление: во-вторых, тем, что в ряде случаев без установления мотива нельзя правильно решить вопрос о квалификации преступления; в-третьих, тем. что он нередко является отягчающим или смягчающим обстоятельством по делу.

Обстоятельства отягчающие наказание, впрочем как и обстоятельства смягчающие наказание, играют важную роль для характеристики общественной опасности личности преступника.

Мотив преступления в юридической литературе понимается неоднозначно. Но большинство ученых соглашаются в том, что мотив побуждает к действию, хотя некоторые и видят в нем лакмус потребностей и интересов, а другие — проявление отношения или определителя направленности действий. Сами эти побуждения предопределяются потребностями, интересами, эмоциональными факторами.

Отсюда вряд ли обоснованна трактовка мотива как только потребности, или интереса, или эмоций. Представляется, что в качестве побудительных обстоятельств может выступать каждое из них. Мотив выступает движущей силой, внутренним источником преступного поведения. Или, говоря иначе, преступление есть объективизация того или иного мотива или их группы. Вот почему через мотив можно понять подлинный характер правомерного или неправомерного поведения.

Мотиву свойственна не только побудительная, но и смыслообразующая функция. Суть ее заключается в том, что осознается личностная суть побуждений (мотивов) и пути их «насыщения» посредством деятельности. Именно смыслообразующая функция мотива позволяет определить его социальные свойства, иметь основу отграничения одного мотива от другого и даже в рамках одного и того же мотива определить его оттенки, специфику и подвиды.

Например, в рамках корысти выделить «корысть-стяжательство», «корысть- накопительство», «корысть-паразитизм», «корысть-легкомыслие», «корысть- нужду», «служебную корысть». На этой функции мотива потом базируется вина. Смыслообразующая функция мотива позволяет в совершенном преступлении ранжировать мотивы, выделить из ряда мотивов основной, главный, доминирующий и т.д.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что мотив преступления — это осознанное внутреннее побуждение человека к действию, обусловленное его потребностями, интересами и эмоциями.

Мотивы преступлений можно группировать на основе каких-то признаков, т.е. классифицировать. Существует множество классификаций мотивов как в психологической, так и юридической литературе.

Мы исходим из того, что мотивы, с учетом их социально-правовой ориентации, можно подразделить на:

— мотивы низменного характера (хулиганство, корысть, кровная и национальная месть);
— мотивы, лишенные низменного характера (ревность, обида, эмоциональное напряжение, вызванное неправомерными действиями потерпевшего);
— политические мотивы (политическая неприязнь, вражда; ненависть и др.);
— неконкретизированные мотивы (озорство, эгоизм, бахвальство, болезненное себялюбие, тщеславие и др.).

Мотивы присущи всем преступлениям. Безмотивных преступлений нет, хотя в литературе порой высказываются иные мнения. По мнению одних ученых, в неосторожных преступлениях мотивов нет; другие считают, что можно говорить лишь о мотивах действий, которые привели к неосторожным преступлениям. Однако если бы мотивы преступлений не были присущи всем преступлениям, то это должно было быть оговорено в ст. 68 УПК РФ, но законодатель этого не сделал.

Любые мотивы человека, даже представленные в виде целостных и многоуровневых программ, например, идеалы, убеждения, мировоззрения, установка, склонности, ценностные ориентации — только тогда выступают в качестве побудительных факторов — мотивов, когда, преломляясь в сознании, порождают осознанное стремление к достижению конкретной цели.

Цель преступления — это интеллектуальный «продукт» психики человека. Некоторые ученые относят цель к волевому блоку психики. Благодаря цели и процессу целеполагания возникают интеллектуальные моменты, в которых отражаются характер и социальная сущность совершаемого лицом деяния.

Мотив и цель — понятия близкие, но не тождественные. Мотив отвечает на вопрос: почему совершается преступление? Цель отвечает на вопрос: для чего это совершается? Цель преступления является той субъективной реальностью, имевшей место в период совершения преступления, которая позволяет лучше раскрыть внутреннюю, психическую сторону содеянного, определить направленность действий, их содержание и степень завершенности (она определяет этапы (стадии) деятельности).

Цель преступления — вот тот образ, та модель, тот результат, к которому стремится лицо, совершая общественно опасное деяние.

Как и мотивы, цели могут быть классифицированы по различным основаниям. Цели можно подразделить на определенные и неопределенные (это может касаться предмета или размера кражи, объекта преступления); достигаемые (реализуемые) и недостигаемые (нереализуемые); реальные и абстрактные; ближайшие, отдаленные и перспективные; начальные, промежуточные и конечные; прямые и опосредованные; основные (первостепенные) и неосновные (второстепенные).

Исключительно велико функциональное предназначение мотива и цели. Будучи факультативными (или дополнительными) признаками субъективной стороны состава преступления, они в то же время могут быть учтены законодателем как:

— конструктивные признаки состава (например, ст. 285 — в отношении мотива и ст. 209 и 321 — в отношении цели);
— конструктивно-отграничительные признаки (например, отличие составов преступлений, предусмотренных п. «в» ст. 105 и ст. 317, — по мотивам, ст. 275 и ст. 283 — по целям);
— квалифицирующие или особо квалифицирующие признаки (например, п. «з», «и», «л» ч. 2 ст. 105 УК — в отношении мотивов и п. «к», «м» ст. 105 УК РФ — в отношении цели);
— смягчающие или отягчающие наказание обстоятельствами (ст. 61 и 63 УК РФ).

Портал «Юристъ» — Ваш успех в учебе и работе!

Уголовное право

Мотив — это внутреннее побуждение, движущая сила поступка человека, которая определяет его содержание, и помогает более глубоко раскрыть психическое отношение лица к содеянному. Цель — это мысленное представление о желаемом результате, к которому стремится лицо, определяющее направленность деяния. Мотив и цель как психические признаки характерны для любого сознательного волевого поведения человека.

Мотив преступления — это побуждение к совершению общественно опасного деяния, а цель — представление о его общественно опасном последствии, о том вреде, который заведомо для виновного наступит для охраняемых уголовным законом интересов и который, тем не менее, является для него желаемым. Отсюда очевидно, что, во-первых, о мотивах и целях преступления можно говорить лишь в случае совершения умышленных преступлений. При этом цель может быть только в преступлениях с прямым умыслом, ибо она есть показатель желания лица. Во-вторых, субъективная сторона включает в себя не все мотивы и цели, а только те из них, которые определяют общественно опасную, антисоциальную направленность деяния, влияют на степень общественной опасности преступления.

Субъективная сторона преступления

2. Мотив и цель, являясь самостоятельными психологическими признаками субъективной стороны, взаимосвязаны между собой и лишь в совокупности могут дать полное представление о направленности поведения лица, например, корыстный мотив и корыстная цель в таких преступлениях, как кража, грабеж, мошенничество.

Мотивы могут быть различными: низменными (например, корысть, месть, хулиганский), не имеющими низменного характера (например, сострадание, стремление помочь другому человеку, ложно понятые интересы службы).

Цели также бывают различными, например, цель незаконного обогащения, цель скрыть другое преступление, ослабить государство и др.

3. В отличие от вины мотив и цель в структуре субъективной стороны являются факультативными признаками, т.е. такими, которые в характеристике субъективной стороны различных преступлений могут играть разную роль. В зависимости от законодательного описания субъективной стороны мотив и цель могут выполнять роль обязательных, квалифицирующих признаков либо признаков, смягчающих или отягчающих ответственность.

Обязательными признаками мотив и цель выступают в тех случаях, когда законодатель предусматривает их в диспозициях статей: либо прямо указывает, либо эти мотивы и цели однозначно вытекают из характера деяния. Так, в диспозиции ст. 165 УК прямо указаны корыстные побуждения или иная личная заинтересованность как обязательные признаки субъективной стороны этого состава преступления. В ст. 140 УК закон прямо не называет корыстный мотив и корыстную цель, но термин «похищение» внутренне предполагает их как обязательные.

Если законодатель предусматривает конкретный мотив или цель как обязательный признак состава преступления, то отсутствие их в конкретном случае исключает этот состав.

Поскольку определенные мотивы и цели влияют на степень общественной опасности преступления, то законодатель может предусматривать их в ряде признаков, повышающих опасность конкретных составов преступлений, делающих эти составы преступления квалифицированными, т.е. более опасными по сравнению с простыми составами. В этих случаях мотив и цель называются квалифицирующими признаками, влияющими на квалификацию совершенного деяния. Так, простой состав умышленного убийства, предусмотренный в ст. 94 УК, представляет собой незаконное умышленное лишение жизни другого человека независимо от мотивов и целей. Однако если это убийство, совершается из корысти, или из хулиганских побуждений, или из мести за выполнение потерпевшим своего служебного или общественного долга, то оно становится более опасным и законодатель

признает его не простым, а квалифицированным, требующим квалификации по п.п. «а», «б», «в» ст. 93 УК.

Если законодатель, в статьях Особенной части УК, описывая субъективную сторону преступления, не указывает на конкретные мотивы и цели как на обязательные или квалифицирующие признаки, то они, не определяя квалификацию, могут влиять на меру ответственности лица и учитываться судом при назначении наказания как смягчающие либо отягчающие обстоятельства. Так, п. 4 ст. 41 УК в качестве отягчающего обстоятельства предусматривает совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений. В соответствии с ч. 2 ст. 40 УК мотивы, не носящие низменного характера, могут учитываться судом как смягчающие ответственность, например, ложно понятые интересы службы, стремление помочь другому человеку, жалость.

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Энциклопедия юриста . 2005 .

Смотреть что такое «МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ» в других словарях:

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ — непосредственная внутренняя побудительная причина преступного деяния (например, корысть, ревность, месть). Мотив является элементом субъективной стороны преступления. В отдельных случаях, предусмотренных УК РФ, М.п. является квалифицирующим… … Юридическая энциклопедия

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ — непосредственная внутренняя побудительная причина преступного деяния (напр., ревность, месть, корысть). Элемент субъективной стороны преступления. В отдельных случаях, предусмотренных УК РФ, М.п. является обязательным или квалифицирующим… … Юридический словарь

Мотив преступления — Субъективная сторона преступления это внутреннее психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию. В отличие от признаков объективной стороны преступления, доступных для непосредственного восприятия другими лицами,… … Википедия

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ — – побуждение лица, которым оно руководствовалось при совершении преступления. Мотивы, которыми руководствуются лица, совершающие преступления, в нашем обществе определяются пережитками капитализма в сознании людей или ненавистью к советскому… … Советский юридический словарь

Мотив преступления — обусловленные определенными потребностями и интересами внутренние побуждения, которые вызывают у лица решимость совершить преступление. Мотив это факультативный признак субъективной стороны состава преступления, но он может быть обязательным… … Словарь основных уголовно-процессуальных понятий и терминов

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ — факультативный признак состава преступления, характеризующий его субъективную сторону и представляющий собой побуждение, которое сыграло решающую роль в выборе поведения и совершении преступного деяния. Мотив выполняет прежде всего побудительную… … Словарь-справочник уголовного права

МОТИВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ — непосредственная внутренняя побудительная причина преступного деяния (например, корысть, ревность, месть). Мотив является элементом субъективной стороны преступления. В отдельных случаях, предусмотренных УК РФ, М.п. является квалифицирующим… … Энциклопедический словарь экономики и права

мотив преступления — непосредственная внутренняя побудительная причина преступного деяния (напр., ревность, месть, корысть). Элемент субъективной стороны преступления. В отдельных случаях, предусмотренных УК РФ, М.п. является обязательным или квалифицирующим… … Большой юридический словарь

Мотив преступления — непосредственное внутреннее побуждение к совершению преступления (корысть, месть и т.п.). В уголовном праве РФ м. может выступать в роли: 1) обязательного признака состава преступления; 2) квалифицирующего признака в каком либо составе; 3)… … Большой юридический словарь

Мотив и цель преступления — Субъективная сторона преступления это внутреннее психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию. В отличие от признаков объективной стороны преступления, доступных для непосредственного восприятия другими лицами,… … Википедия

Мотив и цель преступления

Как отмечалось, вина не исчерпывает содержания субъективной стороны состава преступления. Умысел и неосторожность характеризуют психическое отношение лица к совершенным общественно опасным действиям (бездействию) и наступившим общественно опасным последствиям, но они недостаточны для объяснения причин преступного поведения и тех побуждений, которыми оно руководствовалось, совершая преступление. Для этого необходимо установить мотив и цель преступления.

В основе любого человеческого поведения лежат те или иные мотивы, определяя его социальный смысл и целевую направленность. Значение мотива в поведении человека многообразно. Мотив прежде всего играет побудительную роль. Он выступает как источник активности человека, стимул его поведения.

Складывающиеся объективные обстоятельства не определяют однозначно поведение человека. Его поведение, в том числе и общественно опасное, всегда избирательно и целенаправленно. Человек добровольно выбирает поведение, сообразуясь как с внешними условиями и обстоятельствами, так и со своими личными склонностями и намерениями. Важную роль в этом играют особенности мотива противоправного поведения. Мотиву принадлежит смыслообразующее значение. Он помогает уяснить, как человек объясняет свое поведение, с каким обстоятельством связывает совершение преступления и какую цель при этом преследует.

Под мотивом преступления понимается то побуждение, которое сыграло решающую роль в выборе того или иного варианта поведения и в совершении преступного деяния. В основе мотива чаще всего лежат потребности. Помимо потребностей побуждениями к совершению преступления могут быть интересы и склонности. От особенностей мотива зависят сила воли, динамический характер поведения. Решающее значение имеет то, какое место побуждение, лежащее в основе мотива, занимает в структуре личности, насколько это побуждение связано с общей направленностью личности.

Мотив непосредственно связан с целью. Мотив определяет поведение человека не сам по себе, а лишь в связи с целью. Мотив и цель — понятия тесно связанные, но не тождественные. Они по- разному характеризуют волевой процесс, имеющий место при совершении преступного деяния. Мотив отвечает на вопрос, почему человек совершает то или иное действие, цель определяет, к чему человек стремится при совершении преступления.

По содержательной стороне мотивы преступлений весьма разнообразны. С учетом социально-психологического содержания и нравственно- этической оценки можно различать мотивы низменные, являющиеся различными формами проявления эгоизма, и лишенные низменного содержания. Можно выделить и иные виды мотивов преступлений.

Мотив и цель преступления имеют важное уголовно-правовое и криминологическое значение. Они дают возможность прежде всего установить истину по делу. Разные мотивы оказывают неодинаковое влияние на волю и сознание человека, на его эмоциональное состояние и, следовательно, на предвидение им последствий своих действий, на отношение к содеянному. Мотив, будучи непосредственно связан с личностью, ее социально-психологическими особенностями, играет важную роль в индивидуализации уголовной ответственности и наказания, при решении других вопросов уголовного права.

Мотив и цель нередко указываются в числе конструктивных либо квалифицирующих признаков отдельных составов умышленных преступлений (пп. «а», «д», «е», «ж» ч. 2 ст. 111, п. «з» ч. 2 ст. 126, 205, 206 УК и др.).

Мотив и цель совершения преступления

Уголовный закон указывает на то, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (ч. 1 ст. 5 УК). Вина составляет содержание субъективной стороны любого состава преступления. Вместе с тем правильное установление субъективной стороны преступления немыслимо без изучения и раскрытия мотива и пели его совершения, так как без них невозможно составить полноценное представление о характере процесса, происходящего в сознании субъекта в момент совершения деяния.

Понятие «мотив» происходит от лат. «moveo» — двигать и означает побудительную причину действий человека.

Преступление с точки зрения психологии есть разновидность поведения, деятельности человека. Поэтому уголовно-правовое понятие «мотив преступления» должно опираться на определение мотива, выработанное в общей психологии, а психологи под мотивом понимают факторы активности личности. Однако ничего не изменилось с тех пор, как один из самых известных исследователей мотивов преступлений Б. С. Волков отмечал, что «диалектика взаимоотношений психологического и уголовно-правового понятия мотива очень проста: она выражает соотношение общего и частного, рода и вида». Поэтому следует, не отказываясь от общих психологических признаков, характеризующих в целом мотив повеления человека, более глубоко и детально раскрыть те из них, которые отражают специфику преступного поведения. Кроме того, нельзя забывать, что даже психологи, признающие существование мотива и наделяющие его исходной побудительной функцией активности человека, расходятся во мнении, какие конкретно феномены лежат в его основе. Некоторые из них в качестве мотива признают единственный фактор — потребности, другие не отрицают существования и иных побуждений, а именно эмоций, интереса и т. д.

Для науки уголовного права не имеет принципиального значения, какой психологический феномен лежит в основе мотива совершения деяния, поскольку то, что психологи называют потребностями, интересами, желанием, стремлением, ценностными установками, в процессе квалификации содеянного с легкостью может выступать в качестве мотива преступления. Например, ревность в психологии есть чувство, а для уголовного права в случае совершения убийства на почве ревности она так или иначе является мотивом преступления.

Итак, мотив преступления — это внутренние побуждения к достижению конкретного общественно опасного результата, вызывающие у лица решимость совершить преступление.

Мотивы характерны для всех преступлений, совершаемых с прямым умыслом, их наличие можно усмотреть и при совершении действий (бездействия) с косвенным умыслом. Если же говорить о мотивах при неосторожных преступлениях, то это мотивы общественно опасного поведения, приведшего к преступному результату, а не мотивы заранее предусмотренного, рассчитанного преступления. Применительно к преступлениям, совершенным по неосторожности, неверно говорить о преступных мотивах и целях.

В каждом волевом деянии мотив определяет поведение не сам по себе, а только в соотношении с целью, в связи с теми результатами, к достижению которых стремится лицо, совершая то или иное деяние. Поэтому следующим элементом, который составляет мотивационную сферу, является цель.

Цель преступления — это внутренняя модель желаемого результата, к которому стремится лицо, совершая преступление.

Мотив и цель — тесно связанные, коррелятивные, но не совпадающие ни по объему, ни по содержанию понятия, т. е. их надо отличать друг от друга. Так, мотивом убийства при разбое является корысть, а целью — лишение жизни человека.

Порой цель необоснованно отождествляется с последствиями преступления. Для исключения такого понимания следует иметь в виду, что цель как признак субъективной стороны состава преступления охватывает конечный результат (нередко находящийся за пределами объективной стороны состава преступления), к достижению которого стремится виновный посредством совершения преступления. Цель — это то, к чему стремится виновный, совершая преступление, и ее достижение или недостижение в отличие от общественно опасных последствий на квалификацию содеянного может и не влиять.

Как уже отмечалось, уголовно-правовое значение мотива (мотивов) и цели как признаков субъективной стороны состава преступления достаточно многогранно.

Во-первых, мотив и цель могут выступать в качестве основных признаков состава преступления, когда они указаны в диспозиции конкретной статьи Особенной части УК. При их отсутствии нет состава преступления. Так, дезертирством (ст. 338 УК) можно считать только такое самовольное оставление части или места службы, которое совершается в целях уклонения от прохождения военной службы.

Во-вторых, мотив и цель могут выступать в качестве признаков, наличие которых образует квалифицированный состав преступления. Их присутствие превращает основной состав в квалифицированный. Так, ч. 1 ст. 105 УК предусматривает наказание за убийство без отягчающих или смягчающих обстоятельств, а в п. «и» ч. 2 этой же статьи устанавливается ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

В-третьих, мотив и цель могут являться обстоятельствами, смягчающими или отягчающими наказание. Так, при соблюдении условий, указанных в ч. 3 ст. 61 и ч. 2 ст. 63 УК, мотивы, например, политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «е» ч. 1 ст. 63 УК) рассматриваются как отягчающие обстоятельства и усиливают наказание за любое преступление. Напротив, мотив сострадания (п. «д» ч. 1 ст. 61 УК) признается обстоятельством, смягчающим наказание за любое преступление.

Анализ законодательства и практики его применения свидетельствует о разнообразии мотивов, по которым совершаются преступления, в связи с чем возникает необходимость их упорядочения. Для правильной уголовно-правовой оценки большое значение имеет классификация мотивов и целей.

В истории уголовного права предпринималось много попыток классификации мотивов. В 1867 г. на конгрессе во Флоренции была установлена 14-членная классификация мотивов преступления.

Одним из первых отечественных исследований мотивов преступного поведения была работа М. П. Чубинского. Он делил мотивы на две группы: 1) возвышенные или вообще достойные внимания; 2) низменные и достойные порицания.

На сегодняшний день наиболее практически целесообразной следует признать классификацию, которая базируется на совокупности нравственной и правовой оценки мотивов и целей преступления. И несмотря на то что мотивы и цели преступления категории самостоятельные, к их классификации применимы общие критерии. С этой точки зрения мотивы и цели преступления можно подразделить на три основные группы:

  • мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает установление уголовной ответственности за конкретное деяние (например, кража — ст. 158 УК);
  • мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает ужесточение наказания (например, корыстные мотивы, хулиганские мотивы, месть, кровная месть, личная заинтересованность, национальная, расовая, религиозная ненависть или вражда, изъятие органов или тканей потерпевшего, сокрытие другого преступления или облегчение его совершения и т. п.);
  • мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает смягчение наказания (например, мотив сострадания, цель избавления потерпевшего от страданий и т. п.);
  • мотивы и цели, с которыми уголовный закон не связывает ни установление уголовной ответственности, ни ужесточение или смягчение наказания (например, мотивы убийства, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК).

В правоприменительной практике значение мотива преступления нередко недооценивается. В связи с этим Верховный Суд РФ в своих постановлениях неоднократно указывал на важность установления этого признака. Так, Пленум Верховного Суда РФ в постановлениях от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебном приговоре» и от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК)» подчеркивает необходимость установления мотивов и целей преступления наряду с другими обстоятельствами его совершения.

Помимо значения для уголовной ответственности мотив преступления имеет важное доказательственное значение по уголовному делу. Не случайно уголовно-процессуальное законодательство включает мотивы преступления в число обстоятельств, составляющих предмет доказывания (п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК).

Мотивы и цели преступления могут в отдельных случаях выступать в качестве исключительных смягчающих обстоятельств и в этом смысле обосновывать, например, назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление (ст. 64 УК).

В юридической литературе много внимания уделялось вопросу о мотивах и целях преступления: их понятию, связи с виной и ее отдельными формами, классификации, юридическому значению и некоторым иным аспектам. Однако большинство ученых вольно или невольно смещали акценты в плоскость мотивированности человеческого поведения вообще, уходя от уголовно-правового аспекта. Более того, отдельные исследователи пытались доказать, что стремление дать правовое определение мотива (как и цели) является искусственным и ненаучным 1 . В настоящее время распространено мнение, что мотивы и цели существуют и должны устанавливаться в любых преступлениях, независимо от того, совершены они умышленно или по неосторожности, а также от того, введены ли мотив и цель в число признаков состава соответствующего преступления.

1 См.: Сшиковская О. Д. Психологический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1999. С. 47.

Утверждения о наличии мотивов и целей в неосторожных преступлениях обычно сопровождаются оговорками о том, что эти признаки в неосторожных деяниях имеют качественно иное содержание, характер, интерпретацию и механизм психологического воздействия на поведение, чем мотивы и цели умышленных преступлений. Например, Р. И. Михеев подчеркивал, что мотивы и цели неосторожных преступлений не распространяются на общественно опасные последствия, предусмотренные законом: «По структуре мотивации и целеполагания неосторожные преступления характеризуются разрывом между мотивом и целью поведения субъекта и фактически наступившим (или угрожавшим) общественно опасным последствием. Это последствие не «утоляет» мотив (точнее, лежащую в его основе потребность) и даже не «открывает дверь к ее утолению» 2 . Еще более рельефно эта мысль выражена В. Е. Квашисом, по мнению которого, «последствия при неосторожном деянии наступают не по воле субъекта, не входят в содержание его мотива и цели, а наоборот, чаще всего противоречат общей направленности его действий»’.

Представляется, что ученые, доказывающие наличие мотивов и целей в неосторожных преступлениях, допускают смешение уголовно-правового и криминологического подхода к этим явлениям. Криминология имеет дело с различными формами человеческого поведения, так или иначе связанного с преступлением. Поэтому вполне естественно, что предметом криминологического анализа могут быть мотивы не только криминального, но также докриминального и посткриминального поведения. Поскольку же уголовным правом исследуется только преступное деяние, то из всех мотивов, которым определялось социально значимое поведение определенного лица, для уголовного права важны только те, которые побудили его совершить преступление и проявились в нем, то есть преступные мотивы или точнее — мотивы преступления.

Практически все ученые исходят из правильного положения о том, что всякое сознательное поведение является мотивированным и целенаправленным. Из этого некоторые юристы делают вывод, будто можно ставить вопрос о мотивах и целях любого поступка, в том числе и неосторожного преступления. Однако вряд ли имеются достаточные основания распространять правильное положение о мотивированности и целенаправленности человеческого поведения на любое уголовное правонарушение.

1 См.: Харазишвти Б. В. Вопросы мотива поведения преступника в советском праве. Тбилиси, 1963. С. 4.

2 Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. С 437.

3 Квашис В. Е. Указ. раб. С. 51.

Во-первых, вряд ли правомерно считать мотивированным и целенаправленным такое поведение, когда лицо не выполняет лежащих на нем обязанностей неосознанно: по забывчивости, из-за сна, в силу бессознательного состояния и т. д. Тем меньше оснований искать мотивы и цели такого неосторожного преступления.

Во-вторых, подавляющее большинство неосторожных преступлений по своей юридической конструкции представляет неразрывное сочетание неосмотрительного поведения с общественно опасными последствиями, указанными в диспозиции уголовно-правовой нормы. Поскольку само неосмотрительное поведение в отрыве от последствий не имеет уголовно-правового значения, его мотивированность и целенаправленность отнюдь не равнозначны преступным мотивам и целям.

В-третьих, вопрос о мотивах и целях может ставиться в уголовном праве лишь в том случае, если они: являются одним из обязательных условий уголовной ответственности, или влияют на квалификацию преступления, или в качестве смягчающих или отягчающих обстоятельств подлежат учету при назначении наказания.

Мотив и цель — это признаки субъективной стороны преступления, неразрывно связанные с виной, но в отличие от нее имеющие факультативное значение.

Мотив преступления — это обусловленное определенными потребностями и интересами побуждение, которое вызывает у лица решимость совершить преступление и проявляется в нем. Несколько десятилетий назад в отечественной науке уголовного права в определении мотива постоянно подчеркивалось, что таковым является осознанное побуждение’. Но с тех пор и психологическая наука, и правоведение признали, что «мотивы могут иметь как осознанный, так и подсознательный (неосознанный) характер» 2 .

2 Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. С 433. См. также: Зелинский А. Ф. Осознанное и неосознанное в уголовном праве. Харьков, 1986.

С этой поправкой и следует воспринимать мотив как психолого-юридическое явление.

Рассматривая процесс формирования желания, ученые выделяют в нем несколько этапов: 1) ощущение определенной потребности; 2) превращение ее в побуждение к действию, то есть в мотив; 3) постановка цели, достижение которой должно прямо удовлетворить ощущаемую потребность или служить средством для ее удовлетворения; 4) желание (хотение) достичь поставленной цели. В этом ряду этапов четко прослеживается взаимосвязь всех субъективных признаков преступления: мотив рождается из потребностей и в определенной мере способствует формированию цели, а цель вместе с мотивом порождает желание определенными способами добиться желаемого результата.

Мотив человеческого поведения только тогда становится мотивом преступления, когда он охватывает все наиболее существенные свойства преступного деяния, а это возможно только в умышленном преступлении.

В юридической литературе высказывалось суждение, что включение специального мотива в диспозицию уголовно-правовой нормы означает возможность совершения такого преступления только с прямым умыслом’. Однако для такого категорического суждения не имеется достаточных оснований.

Указание в законе на специальный мотив преступления действительно свидетельствует об умышленной форме вины, но вида умысла не предопределяет. Поэтому совершение преступления с указанным в диспозиции уголовно-правовой нормы мотивом обычно возможно с любым видом умысла. Применительно же к конкретным составам преступления вид умысла определяется их конструкцией.

Выше уже доказывалось, что преступления с формальным составом вообще не могут совершаться с косвенным умыслом, он может быть только прямым. К этому можно добавить, что совершение действий, общественная опасность которых не ставится законодателем в зависимость от наступления каких-то последствий, служит средством удовлетворения потребностей, лежащих в основе преступного мотива (изнасилование — средством утоления половой потребности, хулиганские действия — средством выражения виновным своего гипертрофированного «я» и т. д.). Следовательно, мотив преступления, имеющего формальный состав, свидетельствует о том, что такое преступление может совершаться только с прямым умыслом.

Не так однозначно решается вопрос о видах умысла при совершении с указанным в законе мотивом преступлений, имеющих материальный состав.

1 См.: Гаухман Л. Д. Насилие как средство совершения преступления М., 1974. С. 125; Уголовное право УССР. Общая часть. Киев. 1984. С. 123.

Перечисленные в законе специальные мотивы при совершении преступлений с материальным составом по общему правилу могут сочетаться как с прямым, так и с косвенным умыслом. Например, сочетание определенного мотива с неконкретизированным косвенным умыслом возможно при убийстве или причинении вреда здоровью из хулиганских побуждений, при убийстве по мотиву мести за действия, связанные с осуществлением потерпевшим своей служебной деятельности или выполнением общественного долга, при умышленном причинении тяжкого вреда здоровью по мотиву национальной вражды и т. д. В основе названных мотивов может лежать «потребность» виновного в расправе над потерпевшим. Средством удовлетворения этой «потребности» является сам процесс расправы, в ходе которой виновный предвидит и сознательно допускает причинение неопределенного по тяжести вреда.

Правило о возможности совершения преступления, имеющего материальный состав, по специальному мотиву при любом виде умысла не распространяется на преступления, совершаемые из корыстных побуждений. В этом случае лежащая в основе мотива «потребность» может быть удовлетворена лишь получением материальных выгод (прямых или косвенных) именно в результате смерти потерпевшего и только после ее наступления. Иными словами, совершение преступления по корыстным мотивам всегда преследует цель извлечения материальной выгоды или избавления от материальных затрат. Характер корыстного мотива и способ его «утоления» свидетельствуют о том, что, например, убийство из корысти возможно только с прямым умыслом и с целью получения материальных выгод. Однако это мнение разделяется не всеми учеными.

Так, А. Н. Попов по этому поводу пишет: «Вывод о том, что, поскольку способ является неотъемлемым признаком достижения цели, убийство выступает обязательным результатом, к которому стремится виновный, является ложным. Средством достижения корыстной цели выступает не убийство потерпевшего, а то насилие, которое виновный применяет к нему. Нет оснований утверждать, что убийство из корыстных побуждений не может быть совершено с косвенным умыслом. В каких-то случаях вполне вероятна ситуация, когда виновный стремится к достижению корыстной цели путем применения физического насилия к потерпевшему, безразлично относясь к его смерти или сознательно допуская ее. В этих ситуациях содеянное должно квалифицироваться как убийство, совершенное из корыстных побуждений, несмотря на то, что виновный не планирует убить потерпевшего»’.

1 Попов А. Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб., 2003. С. 718-719.

Не касаясь вопроса о претенциозной и безапелляционной форме приведенных суждений, следует отметить их неубедительность.

Во-первых, корыстные побуждения и в теории уголовного права, и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» раскрываются с помощью категорий «намерение», «стремление», «цель», которые указывают на наличие прямого умысла. Таким же образом раскрывает сущность корыстного мотива и сам А. Н. Попов: «Корыстные побуждения (корысть) при совершении убийства — это стремление виновного к приобретению материальных благ или нежелание потери материальных благ (совершения материальных затрат) для себя и (или) иных лиц, когда посягательство на потерпевшего выступает средством достижения этих целей» 1 .

Во-вторых, моделируя ситуацию, при которой «виновный стремится к достижению корыстной цели путем применения физического насилия к потерпевшему, безразлично относясь к его смерти или сознательно допуская ее», а также утверждая, что «средством достижения цели выступает не убийство потерпевшего, а то насилие, которое виновный применяет к нему», А. Н. Попов вступает в прямое противоречие с законом. В пункте «з» ч. 2 ст. 105 УК уголовная ответственность предусмотрена не за насилие, применяемое ради достижения корыстной цели, а именно за убийство, которое и выступает в качестве способа извлечения материальной выгоды или избавления от материальных затрат 2 .

Итак, специальные мотивы, указанные в диспозиции нормы уголовного права, могут сочетаться только с прямым умыслом в преступлениях с формальным составом и, как правило, с любым видом умысла в преступлениях с материальным составом. В неосторожных преступлениях мотивированность поведения человека никогда не распространяется на общественно опасные последствия, поскольку они не выступают средством удовлетворения потребностей, лежащих в основе неосмотрительного поведения.

1 Попов А. Н. Указ. раб. С. 711.

2 Следует заметить, что А. Н. Попов не первый высказывает мысль о возможности убийства из корыстных побуждений с косвенным умыслом. За три года до него по этому поводу Т. В. Кондрашова писала: «Этот вид корыстного убийства преимущественно совершается с прямым умыслом, но в редких случаях возможен и косвенный умысел. Например, при длительном избиении своего кредитора с целью заставить его отказаться от взыскания долга, когда виновный предвидит лишь возможность его смерти и относится к ее наступлению равнодушно» <Кондрашова Т. В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновенности. Екатеринбург, 2000. С. 103—104).

1 См., например: Харазишвили Б. В. Вопросы мотива поведения преступника в советском праве. Тбилиси, 1963. С. 58—63; Дагель П. С. Классификация мотивов и ее криминологическое значение // Некоторые вопросы социологии права. Иркутск, 1967. С. 272—275; Волков Б. С. Мотив и квалификация преступлений. Казань, 1968. С. 16: Тарарухин С. А. Указ раб. С 22—24; Ивченко О. С. Проблема мотива и цели убийства в уголовном праве России. Ав-тореф. дисс. . канд. юрид. наук. М., 2002. С. 9—10; Рарог А. И. Указ. раб. С. 141 — 151; Мустафа-заде А. Г. Квалификация убийства по мотиву и цели. Дисс. . канд. юрид. наук. М., 2004. С. 23—37.

2 См.: Ивченко О. С. Проблема мотива и цели убийства в уголовном праве России. Автореф. дисс. . канд. юрид. наук. М., 2002. С. 9—10.

3 См.: Мустафа-заде А. Г. Указ. раб. С. 36—37.

А сами мотивы неосмотрительного поведения лежат за рамками состава неосторожного преступления, поэтому никогда не вводятся законодателем в состав неосторожных преступлений и не являются преступными мотивами.

Немалое практическое значение имеет вопрос о классификации мотивов преступления, поскольку их учет во многих случаях определяет квалификацию преступления и всегда влияет на назначение наказания. Он достаточно подробно исследован в русской дореволюционной, советской и современной юридической литературе’. Из всех предложенных классификаций преступных мотивов наиболее приемлемой для практических целей может быть классификация, основанная на их нравственной и правовой оценке. Основываясь на этом критерии, О. С. Ивченко применительно к убийству выделяет три группы мотивов и целей:

1) мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает установление уголовной ответственности за конкретное деяние;

2) мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает ужесточение наказания;

3) мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает смягчение наказания 2 .

Предложенная классификация по принципу ее построения не вызывает возражений, однако она страдает явной неполнотой, поскольку за ее рамками остается большая группа мотивов, которые не являются обязательным условием наказуемости деяния, не обосновывают ни ужесточения, ни смягчения наказания. В частности, вне предложенной классификации О. С. Ивченко оставляет все мотивы убийства, подпадающие под действие ч. 1 ст. 105 УК.

Более полной и обоснованной представляется классификация мотивов по признаку их морально-этической предосудительности, предложенная в кандидатской диссертации А. Г. Мустафазаде, который выделяет три группы мотивов: 1) низменные; 2) социально нейтральные; 3) социально извинительные».

Для придания предлагаемой классификации практической значимости необходимо раскрыть уголовно-правовое содержание понятия «низменные побуждения», недостаточная определенность которого была отмечена Г. М. Миньковским’. Этот мотив входит в число признаков состава двух преступлений (ст. 153 и 155 УК), поэтому его содержание необходимо обозначить, тем более что в юридической литературе это понятие подчас используется без раскрытия его смысла, а перечень низменных мотивов носит произвольный и неаргументированный характер.

Так, Д. П. Котов к низменным мотивам относит многие побуждения политического (классовая ненависть, месть со стороны эксплуататорских классов), религиозного (суеверия), а также личного характера (месть, трусость, зависть) 2 . Думается, это непозволительно широкая трактовка низменных побуждений, поскольку они с точки зрения действующего уголовного законодательства не признаются отягчающими обстоятельствами и не свидетельствуют о повышенной общественной опасности преступления.

Применительно к ст. 153 и 155 УК, например, А. Н. Игнатов полагает, что низменными могут считаться «корысть, месть, зависть и другие побуждения, которые суд признает низменными»’. По мнению А. В. Пушкина, «к иным низменным побуждениям судебная практика, в частности, относит зависть к родителям ребенка (подменяемого. — А. Р.), месть, хулиганство, то есть такие побуждения, которые резко противоречат требованиям общественной морали и нравственности» 4 . В обоих приведенных высказываниях обращает на себя внимание прежде всего то, что признание мотива низменным входит, по мнению авторов, в компетенцию суда, а не законодателя, что чревато необоснованно широким судейским усмотрением.

1 См.: Практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. X. Д. Аликперова и Э. Ф. Побегайло. М., 2001. С. 368.

2 См.: Дагель П. С, Котов Д. П. Указ. раб. С. 196-198.

3 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под общей редакцией Ю. И. Скуратов и В. М. Лебедева. М., 1997. С. 328.

4 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с учетом судебной практики. Книга первая / под ред. О. Ф. Шишова. М., 1998. С. 428.

1 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. В. Д. Иванова. Ростов н/Д, 2002. С. 215.

Иногда перечень низменных мотивов подмены ребенка (ст. 153 УК) приводится вообще без какого бы то ни было теоретического обоснования и без ссылки на судебную практику, как это делает, например, Ю. Е. Пудовочкин: «Низменные побуждения могут выражаться в желании отомстить, унизить, заменить здорового ребенка на неполноценного, заменить ребенка по признаку пола или внешним данным. К числу низменных побуждений следует отнести также стремление использовать ребенка для проведения каких-либо медицинских экспериментов, использовать его органы или ткани для трансплантации, использовать его в сексуальных, ритуальных целях и др.» 1 .

Поскольку понятие низменных побуждений, с одной стороны, является законодательным, а с другой стороны, носит оценочный характер, необходимо сформулировать критерии, по которым мотив может быть признан низменным.

Побуждения, которыми лицо руководствовалось при совершении преступления, можно считать низменными при условии, что законодатель рассматривает их как повышающие общественную опасность деяния. Это возможно в трех случаях.

Во-первых, когда с помощью мотива, введенного в число признаков состава, конструируется специальный состав преступления, рассматриваемый по закону как более опасный, чем обладающий теми же объективными свойствами, но лишенный данного мотива. Например, причинение тяжкого вреда здоровью одним осужденным другому осужденному на почве мести за оказание последним содействия администрации учреждения или органа уголовно-исполнительной системы (ч. 3 ст. 321 УК) представляет специальный вид преступления, более опасный, чем умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (п. «а» ч. 2 ст. 111 УК). Однако нельзя во всех случаях признавать низменными те мотивы (как и цели), которые входят в состав конкретного преступления в качестве обязательного признака. Так, личную заинтересованность при злоупотреблении должностными полномочиями нельзя признать низменным побуждением, поскольку она не усиливает, а обосновывает (в сочетании с другими необходимыми признаками) уголовную ответственность за данное деяние.

Во-вторых, мотив можно считать низменным, если ему придается значение квалифицирующего признака конкретного преступления. Так, корыстные, хулиганские побуждения, мотив национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, мотив кровной мести также являются низменными, поскольку они существенно повышают опасность убийства и усиливают наказание за него (например, п. «з», «и», «л» ч. 2 ст. 105 УК).

В-третьих, мотив следует признать низменным, если он включен законодателем в число обстоятельств, отягчающих наказание (п. «е» и «ж» ч. 1 ст. 63 УК). Эти мотивы должны учитываться как обстоятельства, отягчающие наказание, при совершении любых преступлений.

К низменным относятся такие мотивы, как корыстные (например, п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «з» ч. 2 ст. 126, п. «з» ч. 2 ст. 206 УК), хулиганские (например, п. «д» ч. 2 ст. 111, п. «д» ч. 2 ст. 112, ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116, п. «и» ч. 2 ст. 105, ст. 245 УК), национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды (например, п. «е» ч. 1 ст. 63, п. «л» ч. 2 ст. 105, п. «е» ч. 2 ст. Ill, п. «е» ч. 2 ст. 112 УК), мести за осуществление потерпевшим своей служебной деятельности или общественного долга (например, п. «ж» ч. 1 ст. 63, п. «б» ч. 2 ст. 105 УК), мести за правомерные действия других лиц (например, п. «е» ч. 1 ст. 63, ст. 295, 317 УК). Понятие низменных побуждений в действующем законодательстве весьма ограничено, поскольку используется только в ст. 153 и 155 УК. В обоих случаях использование данного термина является весьма неудачным, ибо оно неосновательно сужает рамки применения указанных норм. Представляется, что потребностям практики гораздо больше соответствовало бы определение мотивов подмены ребенка, а также разглашения тайны усыновления (удочерения) из корыстной или иной личной заинтересованности.

Мотивы, не предусмотренные в перечне обстоятельств, отягчающих наказание, а также не используемые в Особенной части УК для усиления наказания, не могут признаваться низменными, хотя степень их предосудительности может довольно существенно различаться (месть, ревность, карьеризм, личная неприязнь, сексуальная неудовлетворенность и т. п.).

В литературе уже отмечалось, что с точки зрения уголовного права вряд ли существуют общественно полезные мотивы преступления 1 . Думается, что общественно полезных мотивов престутения действительно быть не может. В статье 61 действующего УК в числе обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотрено совершение преступления по мотиву сострадания (п. «д»), в ответ на противоправное или аморальное поведение потерпевшего (п. «з»). Эти мотивы являются извиняющими, причем лишь в некоторой степени. Именно в этом значении можно выделить социально извинительные мотивы. Но коль скоро они явились побудительной причиной совершения преступления, т. е. стали преступными мотивами, они ни в коей мере не могут характеризоваться как социально полезные.

Выделение группы социально нейтральных мотивов вовсе не означает их безразличия с точки зрения уголовного права. Характеристика таких мотивов как социально нейтральных означает лишь то, что они в отличие от низменных не отягчают наказания и в отличие от социально извинительных не смягчают его.

Действительный мотив преступления и его мотивировка виновным, нередко намеренно скрывающим свои подлинные побуждения, зачастую не совпадают. Поэтому для установления психологического мотива конкретного преступного поведения может быть назначена судебно-психологическая экспертиза 2 .

1 См.: Филановскии И. Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению. Л., 1970. С. 60—62.

1 См.: Ситковская О. Д., Конышева Л. П., Коченов М. М. Указ. раб. С. 21.

Важным признаком субъективной стороны преступления является цель деяния.

Психологи определяют цель как обоснованную мысль о будущем желаемом результате собственных действий, выраженную в образной или речевой форме 1 ; как осознанное, выраженное в словах или образе, предвосхищение результата действия, связанное с мотивом 2 . Нисколько не умаляя тесной связи между мотивом и целью действия, следует все же подчеркнуть, что это самостоятельные психические явления. По степени осознанности побуждений, ставших двигателем поведения, различают мотив-влечение, мотив-желание и мотив-цель 1 . Только в последнем случае может наблюдаться совпадение (причем неполное) мотива и цели. В прочих случаях мотив и цель не совпадают.

Цель преступления — это идеальная (мысленная) модель будущего желаемого результата, к причинению которого стремится правонарушитель посредством совершения преступления.

Отдельными учеными цель рассматривается как элемент умысла. Так, по мнению Р. И. Михеева, «цель, заключающаяся в достижении преступного последствия, является элементом прямого умысла; цель, направленная на результат, находящийся за рамками состава, характеризует направленность умысла. » 4 . Ошибка названного ученого состоит в том, что будущий желаемый результат неосновательно отождествляется им с общественно опасным последствием, входящим в объективную сторону преступления. Если бы цель и последствие были бы одним и тем же, то не было бы никакой необходимости вводить специальную цель деяния в число признаков состава преступления. Цель никогда не совпадает с последствием и отделена от него во времени. Квалификация преступления определяется постановкой цели, а вовсе не ее реализацией. Именно наличием цели, находящейся за рамками объективной стороны преступления с материальным составом, обусловлено повышение общественной опасности деяния. Поэтому в одних случаях именно благодаря наличию у правонарушителя специальной цели деяние становится уголовно наказуемым, а в других — такая цель обосновывает усиление ответственности за деяние, которое является преступным и без этой цели.

1 См.: Беспалов Б. И. Действие. Психологические механизмы визуального мышления. М., 1984. С. 183.

2 См.: Тихомиров О. К. Психология мышления. М., 1984. С. 107.

3 См.: Теоретическая и прикладная психология. М., 1986. С. 87.

4 Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1. С. 385.

Цель как признак субъективной стороны преступления связана не только с мотивом, но и с виной. Включение специальной цели в субъективную сторону конкретного преступления свидетельствует о целенаправленном характере деяния, которое в этом случае служит не самоцелью, а способом достижения того конечного результата, который и является целью. Этот результат, а также само деяние и его общественно опасные последствия, как способ достижения поставленной цели, являются для субъекта преступления желаемыми. Поэтому следует констатировать, что специальная цель деяния совместима только с прямым умыслом. Ни неосторожные преступления, ни преступления с альтернативной формой вины, ни даже преступления, совершение которых возможно с любым видом умысла, никогда не включают в свой состав специальной цели, сформулированной законодателем.

Для уголовно-правовой классификации целей преступления можно использовать те же критерии, что и для классификации мотивов.

К низменным следует отнести такие цели, как цель скрыть другое преступление или облегчить его совершение (например, п. «е» ч. 1 ст. 63, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК), цель использования органов или тканей потерпевшего (например, п. «м» ч. 2 ст. 105, п. «ж» ч. 2 ст. 111, п. «ж» ч. 2 ст. 127′ УК), цель прекращения государственной или иной политической деятельности потерпевшего (ст. 277 УК), цель свержения или насильственного изменения конституционного строя РФ (ст. 279 УК), цель подрыва экономической безопасности и обороноспособности РФ (ст. 281 УК). Прочие цели, когда они вводятся в основной состав конкретных преступлений, относятся к не имеющим низменного характера (например, цель придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом при их легализации — ст. 174 УК; цель получения кредитов при лжепредпринимательстве — ст. 173 УК; цель устрашения населения при терроризме — ст. 205 УК; цель завладения чужим имуществом при пиратстве — ст. 227 УК и т. п.), поскольку они не рассматриваются законодателем как повышающие общественную опасность деяния, хотя степень предосудительности этой группы целей может существенно различаться.

Мотив и цель преступления могут выполнять в уголовном праве четыре функции.

Во-первых, они играют роль признаков, придающих деянию характер уголовно наказуемого и отграничивающих преступления от непреступных деяний. Например, невыплата свыше двух месяцев заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных выплат является преступной только при совершении из корыстной или иной личной заинтересованности (ст. 145′ УК). А лжепредпринимательство уголовно наказуемо только при наличии цели получения кредитов, освобождения от налогов, извлечения иной имущественной выгоды или прикрытия запрещенной деятельности (ст. 173 УК).

Во-вторых, мотив и цель, введенные в состав преступления в качестве обязательного признака, могут отграничивать одно преступление от другого, то есть определять квалификацию по различным уголовно-правовым нормам. Так, уничтожение путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом важных народно-хозяйственных объектов с целью подрыва экономической безопасности и обороноспособности РФ квалифицируется как диверсия (ст. 281 УК), а те же действия без указанной цели подлежат квалификации по ч. 2 ст. 167 или по ст. 205 УК.

В-третьих, включение мотива и цели в диспозицию уголовно-правовой нормы может создавать квалифицированные виды преступления: убийство из корыстных или хулиганских побуждений либо совершенное с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение и т. д.

В-четвертых, мотив и цель, не будучи включенными в диспозицию конкретной уголовно-правовой нормы, могут играть роль обстоятельств, смягчаюших (п. «д», «ж» и «з» ч. 1 ст. 61 УК) или отягчающих наказание (п. «е» и «ж» ч. 1 ст. 63 УК). В качестве смягчающих обстоятельств суд вправе учесть различные мотивы и цели, не относящиеся к низменным, если их наличие, по мнению суда, снижает степень общественной опасности деяния.

Смотрите еще:

  • Налоги добрянка ИФНС России по городу Добрянке Пермского края Документы и справки Не могу дозвониться уже неделю. Зачем Вам телефоны в обще там нужны!! Тараторить по своим делам видимо! Так как звоню занято потом опять не берут!! Налоги выставить в полном объёме дак сразу в моменте. Звоню уже […]
  • Ущерб интеллектуальной собственности Ущерб интеллектуальной собственности Об этой странице Анализ и оценка убытков правообладателей интеллектуальной собственности Как это ни странно, в настоящее время ни в России, ни в мире не решена проблема стандартизации подходов экономического анализа и оценки […]
  • Каско оформить в спб Оформить КАСКО на автомобиль СПб Почему у нас? В компании «ДокАвто» вы можете оформить КАСКО в минимальные сроки. Цена услуги доступна, а полис надежно защитит вас и ваше транспортное средство от неприятностей. Все сделки мы проводим в соответствии с действующим […]
  • Детские вопросы прокурору Детские вопросы и недетские ответы, или Кучка фантастических фактов (17 фото) Какой толщины нервы у китов? Синие киты — рекордсмены и по длине тела (34 метра), и по его массе (180 тонн), и по длине отростков нервных клеток (рекорд точно не известен, но, по разным оценкам, […]
  • Приказ мвд 1157 от 29122012 МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРИКАЗ от 27 декабря 2001 г. N 1157 О ПРИЗНАНИИ УТРАТИВШИМИ СИЛУ НОРМАТИВНЫХ АКТОВ МВД РОССИИ И НЕПРИМЕНЕНИИ НОРМАТИВНЫХ АКТОВ МВД СССР 1. Признать утратившими силу Приказы МВД России от 16 февраля 1998 г. N 104 и от 25 февраля […]
  • Закон социальная политика 3.1. Социальная политика го сударства: понятие, модели, принципы Термин «социальная политика» имеет относительно недавнее происхождение. Но еще во времена античности появились представления о справедливости 1 . В дальнейшем те или иные ее варианты реализовывались в деятельности […]
  • Исправленными ставками налогов и налоговыми Исправленными ставками налогов и налоговыми Налог на прибыль организаций 20 % - основная налоговая ставка. (c 01.01.2009.)24 % - (до 01.01.2009.) Законами субъектов Российской Федерации ставка налога может быть понижена для отдельных категорий налогоплательщиков в отношении […]
  • Правила в баскете Игровое время в баскетболе 16. Игровое время в баскетболе. 16.1. Игра состоит из двух (2) половин по двадцать минут каждая, или четырех (4) периодов (четвертей) по двенадцать (12) минут, каждый с перерывами по две (2) минуты между первым и вторым периодами и между третьим и […]